Главная Боевой путь Андрея Мироновича Ронжина

Боевой путь Андрея Мироновича Ронжина

Ронжин Андрей Миронович (23.10.1911-28. 02.1995)

председатель колхоза “Искра“, Герой Социалистического Труда (1958), заслуженный работник сельского хозяйства РСФСР (1981), дважды кавалер ордена Ленина, почетный гражданин г. Котельнича и Котельничского района.

«Призвали меня в июле 1941 года. На фронте первое время был политруком роты, был командиром роты, был зам. командира батальона, был командиром стрелкового батальона, дошёл до Черняховки, там меня тяжело контузило. Я не разговаривал год, месяца 3 не слышал и месяца 2 не ходил. Лежал в больнице г. Добеле, потом в Риге, последнее время в Москве. С Москвы был демобилизован и направлен в распоряжение Уральского военного округа. И независимо, что такое состояние здоровья, был направлен в Пижанку райвоенкомом. Демобилизовался и почти не разговаривал, “ немой” военком. Отслужил от начала и до конца.

Первый день войны помню конечно. Я тогда работал в Александровском председателем колхоза "Безбожник" - там меня застала война. И вот как сейчас помню, прибыл нарочный и говорит: "Война." Скрывать её не будешь, передали всем работающим по цепочке, народ собрался и было объявлено, что началась война. Работу прекратили и началась мобилизация. Три дня работал в Александровском председателем комиссии по мобилизации, а потом и меня призвали. Приехал сюда в Котельнич, отправили нас в Свердловск, из Свердловска на самолёте прибыли в Киров, где была 311 дивизия. Я был политруком первого взвода I роты 1071 полка.

23 августа поехали на фронт. Прибыли мы на фронт в районе Балагово, высадились в Балагом и пошли на северо - западный фронт, потом нас перебросили на Новгород. С противником встретились в районе Мясного Бора, где предатель Власов сдал всю армию. Вот с этого места началось наступление. Какое впечатление о первой встрече с противником? Тогда было непонятно потому, что для нас это казалась какая-то дерзкая игра, а на самом деле это было серьёзное дело. Противник уже продвигался, нам говорили, что это просто десантные войска. Новгород был уже взят противником, и он уже продвигался на Ленинград. Утром была наша первая встреча с врагом. Это наше первое страшное зрелище было, и с этого момента наш полк начал наступать. А мы вооружены были очень плохо: вот в данном случае я политрук роты, у меня даже винтовки не было, вот какое наше вооружение было. Был кулак, как говорят, и всё. Потом уж только нас вооружать стали, когда действительно началась такая баталия. А сначала было вооружение очень плохое, страшно плохое. И из-за этого мы отступали, гнали нас почти до Волховстроя, там Кириши, мы попали на р. Ельца в тяжёлую обстановку. На Вороньем острове был штаб дивизии в г. Грузино, был виден Грузинский мост- это был районный центр, и наше подразделение это охраняло. Заняли оборону, прорвались танки, танкетки противника, мы видели, что там немцы. Была подана команда постепенно отходить. Мы стали отходить кто куда, противник нас отрезал, и мы попали на Ельцу, были отрезаны от своих частей, наши части пошли на Кириши, а наше подразделение человек 200 оказались правее оторванными и пошли как говориться не путём и не дорогой. Целую неделю мы выходили из окружения. Мы попали на это же Балагое, там был аэродром, он свёртывался. И вот мы такие обросшие, грязные, голодные. Командование встретило нас очень подозрительно, как беглецов, но потом разобрались. С нами были зам. начальника политотдела, адъютант командира дивизии и командир полка -вот такие большие лица. Потом всё устроилось, нас ночью из Балагова отправили в Кинешму, где были наши.

На войне случайного нет ничего. Вот, например: вышли мы на передний край противника и в это время наступление, в р-не Кириши. Там слева -кладбище, справа- г. Кириши, я схватываю пулемет и давай поливать, скосил несколько немцев, и немцы стали отступать. В это время приходит командир роты на место и смотрит, за пулеметом - инструктор политотдела. Вот вам, пожалуйста, разве это случайность, это необходимость, она поджидала каждого находившегося на фронте.

Первые дни били самые страшные, бомбёжки, мы не обстреляны и как пугливые козы каждого самолёта боялись и каждого танка. Ну а потом всё. Нужда заставила быть храбрыми. И конец войны и в процессе войны лично я всегда был храбрым, был очень храбрым, за что я и имею 5 орденов военных. Ни за что не награждали на войне. Трижды был ранен, плечевое ранение, в лёгких осколок, в ноге осколок, ну и контузия. До сих пор живу как видите.

Первая моя награда - орден Красной Звезды. Я был награждён за прорыв обороны в районе Смерды, будучи тогда командиром отдельной роты, отдельной морской бригады. Я был политработник, а потом было предложено переквалифицироваться, нас послали на курсы. И после этих курсов меня послали в отдельную морскую бригаду командиром I стрелковой роты. 23 декабря 1943 года прорывали передний край обороны противника. Мы подошли к г. Луга ночью, весь лёд пробит снарядами, я попал в ледяную воду в валенках и ватных брюках, ухнулся туда, набрал я воздуха и вынырнул в следующей воронке. Вынырнул я под ногами у заместителя капитана Черкасского, меня вытащили, откачали и потащили до кирпичного сарая. Это было ранним утром, мороз хороший. В кирпичном сарае с меня всё стащили, отогрели, дали сухое бельё, потом я догнал своё подразделение, вёл в бой и очистили улицу Советскую г. Луга.

В боях под Ленинградом, в районе Сланцы, я получил  орден Отечественной войны I степени и орден Отечественной войны II степени за боевые дела и прорыв в районе Нарва - Сланцы. Дальше я получил орден Боевого Красного Знамени за Гривас. Это на территории Латвии. Там несколько раз были наступательные операции, немец был на крутом берегу, а мы на пологом, между нами - овраг. Прибыв на место, мы пошли на осмотр местности, в овраге было очень много трупов и наших, и немецких. Солдат поставили в известность, что такой у нас опасный участок. В 4 часа утра дана команда для наступления, прорвали передний край обороны противника, что было для командования событием. Над нами столько мух не пролетело, сколько пуль.»

Тяжёлая контузия вывела из строя капитана Ронжина. С фронта был списан. 23 февраля 1945 года получил последнюю боевую наград за тот последний бой.

(материал базируется на воспоминаниях А.М.Ронжина)

 

Волховский фронт, 1942 год

февраль 1942 года

Группа военнослужащих 311-й дивизии фотографируется на память с выдающимся снайпером-разведчиком Героем Советского Союза А.А.Калининым (в центре)

группа командиров 311 стрелковой дивизии

На снимке (предположительно) - личный состав административно-хозяйственной части управления 311-й стрелковой дивизии, 1942 год.

На фото: майор Субботин, А.М.Ронжин, старший бригадный комиссар Куклин, 29.02.1942 год

Группа командиров и работников политотдела 311-ой дивизии, 1943 год.

Наградной лист А.М.Ронжина, 1945 год



 

Анонсы мероприятий

Оцените качество услуг учреждений культуры

Твердые коммунальные отходы

ТКО

Противодействие коронавирусу

Противодействие коронавирусу



Фотогалерея